Вспоминая. Глава 7

Добавлено в закладки: 0

Вспоминая

– Я с детства рос, огольцом, – начал Фёдор Ильич, – уж таким я уродился. Чуть
что – улучу момент и убегу из дома погулять. Бегал с мальчишками, забирался в чужие сады и огороды. Не обходил вниманием сараи и подвалы. Словом, бедокурил и проказничал. Матери это не нравилось, и одно время она меня даже за ногу к сундуку привязывала, чтобы я не убегал. Любил бегать на пруд, что был не очень далеко от нашего дома. Однажды Лилька (которая была совсем крохой), увязалась за нами. Я знал, что с ней буду, как привязанный. Ни в пруду искупаться, ни на дерево залезть, как другим мальчишкам, мне не удастся. Я, как часовой, должен буду находиться около неё. Тут я стал думать, как от неё отвязаться, и придумал. Наловил жаб покрупнее и напихал ей под майку. Малышка заревела в голос, а с места тронуться боится. Тогда мы с пацанами и убежали от неё. Только позже я понял, как жестоко обошёлся с сестрой и что натворил. Потому, зная, что меня дома от матери ждёт, дождался темноты и вернулся домой ночью, надеясь, что буря минует. Но мама не спала и дала мне такого ремня, что я на всю жизнь запомнил эту выволочку. Лилька долго со мной после этого случая не разговаривала. А когда мы помирились, рассказала, что лишь мы, мальчишки, убежали, так к ней подошла какая-то незнакомая женщина. Сняла та женщина с неё маечку и вытряхнула всех лягушек в траву. Потом, надев на Лильку майку (уже без лягушек), спросила её, где она живёт. Лилька, хоть и мала была, но адрес свой хорошо знала. Она назвала женщине адрес, и та, взяв её за руку, отвела к нам домой. А там, уже дома, все рассказала матери. Мать, конечно, разгневалась на меня. Когда я вернулся, всыпала мне так, что мало не показалось. Вообще я очень любил Лильку и сейчас очень люблю. Просто, как я сказал, был озорником. Да, совсем позабыл, что про пальцы собирался вам рассказывать. Хорошо, расскажу.
Вы все, наверно, знаете о том, как немецкие самолёты над территорией СССР во время Великой Отечественной войны бомбы сбрасывали на заводы, фабрики, железные дороги, жилые дома и так далее, чтобы нанести максимальный вред противнику и обездвижить его. Как падают бомбы, и какой они причиняют урон, я видел собственными глазами. Однажды зашёл к нам сосед. Долго они с матерью о чем-то разговаривали (я не прислушивался к их разговору), а потом он ушёл к себе домой. В это время немецкие самолёты начали налёт на наш город. И одна из бомб угодила прямо в дом, где жил, навестивший нас сосед. На месте дома образовалась глубокая воронка. Ушёл бы сосед на несколько минут позже от нас, жив бы остался.
Так вот, в тот злосчастный для меня день, когда случилась трагедия с моими руками, немцы сбросили с самолётов много детских игрушек. Все игрушки были, конечно, взрывчатками начинены. Вот до чего дошли тогда наши враги – истребляли не только взрослых, но и детей.
Я нашёл, валявшуюся на земле, свечку. Она, несомненно, была с немецкого самолёта, но я почему-то решил поднять её и зажечь. Я показал свечку Лильке и сказал:
– Лилька, гляди, какую я свечку нашёл. Сейчас мы её зажжём.
– Мама не велела подбирать с земли игрушки и ничего вообще, – предупредила меня Лилька.
– Но это, Лилька, вовсе не игрушка, а свечка, – возразил я.
И, прокравшись, домой (мать дома была), я стащил с кухни спичечный коробок со спичками. Затем вышел во двор и зажёг свечку. Она ярко вспыхнула каким-то неестественным для свечей светом и разорвалась прямо у меня в руках.
Дальше всё помню, как в тумане. Была дикая боль, и пелена застлала мои глаза. И сквозь эту пелену я увидел, что несколько пальцев на моих руках безжизненно повисли и стали болтаться, вися на коже. Руки жгло, как огнём. У нас во дворе стояла бочка с квашеной капустой, которую мама засолила на зиму. Я подбежал к бочке и засунул в неё свои изувеченные руки, надеясь как-то охладить свои ладони и пальцы. Весь рассол в бочке тут же покраснел от моей крови. Лилька дико закричала и побежала звать мать.
Мама выскочила из сарая, схватила меня на руки и побежала в немецкий госпиталь. Мы ведь были под оккупацией, так что наших госпиталей в городе не было, а был только их для немецких солдат и офицеров. В нем работали их врачи. Лечили своих раненых. Вот мама и побежала в тот госпиталь со мной на руках. Немецкий врач покривился и с большой неохотой осмотрел мои руки, а потом сказал моей матери, что помочь мне ничем не сможет, так как пальцы почти оторвало. Скорее всего, он просто не захотел возиться со мной. А потому: он положил мои руки на операционный стол и отрезал кожу, на которых болтались ошмётки моих пальцев. Так я и лишился трёх пальцев на одной руке и двух на другой. Вот, мои дорогие, что мне пришлось пережить во время той страшной войны. Очень дорогой ценой нам досталась Победа. Сколько народу изничтожили немцы: кого в печах своих концлагерей сожгли, кого замучили пытками в застенках. Молодёжь немцы угоняли в Германию. Везло тем, кого они брали в батраки. Других же использовали, как доноров, выкачивая из них всю кровь для своих раненных. А у некоторых немцы со спины сдирали кожу. И из этой кожи шили перчатки и сумочки, с которыми потом «щеголяли» их фрау. Но и мы были не лыком шиты. Иначе бы не выиграли бы эту войну. Сражались за победу всей страной. Я вам и про это расскажу.

Продолжение