Глава 10. Ластик и Хрусталинка

Добавлено в закладки: 0

Прекрасный большой атолл предстал взору гнома. Издали он казался гному грудой мрачных черных скал. Но теперь, ступая по каменному телу атолла, гном видел, что атолл вовсе не черный – он серовато-зеленый. Просто много темных водорослей облепило и налипло на него, оттого он и казался черным. А сколько причудливых камней хранил в себе атолл! Вон выступает из воды камень, форма которого напоминает медведя. Точно такого медведя он не раз видел в своем лесу. Только лесной медведь был живым, созданным из плоти и крови, а этот каменный. А там, слева, чуть поодаль от берега, лежит камень, точь-в-точь похожий на зайца. Скалы у побережья сгрудились так близко друг к другу, будто это и не скалы вовсе, а гигантская гроздь винограда.
Они шли по камням. Вузи сбил все ноги, ступая по ним. Солнце начинало припекать, жарило макушку головы гнома, и с него катил пот. Гном жалел, что потерял колпак, который теперь был бы весьма кстати. И еще думал о том, что все-таки Неверька был прав, посоветовав не брать с собою Радужку. Атолл был настолько каменистым, что Радужка не смог бы здесь проехать, не было дорог для колес автомобиля. Да и взять разбег на атолле, чтобы взлететь, было очень трудно. Голос Неверьки отвлек гнома от этих мыслей:
— Вузи, взгляни сюда. Видишь небольшой полукруглый вход под скалой? Это вход в пещеру. В ней и живет Ластик.
Под одной из скал Вузи увидел полукруглый арочный свод. Это было начало пещеры.
— Ты же говорил, что Ластик – тюлень. Я думал, он живет здесь в море… Получается, он живет на берегу?
— Вообще-то, Ластик не рыба, а зверь. Он дышит легкими. У него нет жабр, как у обитателей морских глубин. Просто тюлени любят море. И живет он, собственно говоря, в море. Там в пещере, — принялся объяснять Неверька, — если спуститься глубоко вниз, тоже есть вода. Море проложило себе дорогу к самому дну пещеры. Ластик приплывает туда на ночевку. Выползает внутри пещеры на ее каменный пол и спит спокойно. В пещере сухо, тепло и уютно. Не дует ветер. Не качает крыши, как он не раз делал с моей бамбуковой хижиной. Разве можно желать себе лучшего дома, чем сухая и теплая пещера?
— Все равно не понятно, — пожал плечами гном. — Ты сказал, что Ластик морское животное. Разве присуще морским животным жить на суше?
— Э, да ты, я вижу, совсем не сталкивался с морскими зверями. И чему тебя только в школе учили? – Неверька рассмеялся. Затем посерьезнел: — Как я уже сказал, у некоторых морских животных нет жабр, но есть легкие. А легкие, заметь, не могут фильтровать воду, как жабры. Вот и приходится морским животным жить на суше, но у моря. Ластик и все его сородичи моржи, как раз и относятся к такому виду.
— Ясно, – гном покраснел. – Я как-то не подумал о том, что не все, кто имеют легкие, живут только на суше. В лесу, сам понимаешь, нечасто предоставляется возможность пообщаться с морскими обитателями, пусть лес и волшебный. Что касается школьных знаний, я неплохо учился, но не уверен, что ты, Неверька, был в школе круглым отличником, – гном попытался взять реванш.
— А я и не говорил, что был отличником. У меня бывали и четверки, и тройки, и даже… — Неверька осекся и поменял тему разговора: — Мы уже подошли к пещере. Давай войдем и спустимся вниз. Наверняка Ластик дома. Он ужасный лежебока и любит поспать. А время еще раннее, — Неверька взглянул на солнце, — даже полдень еще не наступил. То-то Ластик удивится, увидев нас, особенно тебя! – И Неверька быстро юркнул в пещеру.
Гном постоял в нерешительности перед входом, затем, почему-то опасливо озираясь по сторонам, проскользнул под сводчатую арку вслед за другом.
— Ух, ты! – только и сказал гном, оказавшись в пещере. Такой прекрасной пещеры он отродясь не видел. К слову сказать, Вузи часто приходилось бывать в пещерах. Он имел множество родственников по отцовской и материнской линии, которые предпочли жить в пещерах в горах, а не в лесу. Надо заметить, что жили он в довольно уютных пещерах с большими залами. Гномы, как известно, любят золото и драгоценности. А золото и драгоценные камни чаще всего находятся в горах. Кроме «горных гномов» у Вузи были в родстве и гномы, которые жили у озер. Из всех своих родичей только один Вузи избрал на жительство лес. Причина, по которой он избрал лес, была известна только гному, но он ответ на этот вопрос хранил в секрете, и если его спрашивали, отчего он не поселился в пещере или у озера, гном всегда отмалчивался и переводил разговор на другие темы. Но я подозреваю, что золото не прельщало гнома, и жажда к наживе была ему чужда. И это было основной причиной его переезда из гор в лес – подальше от искушения и сварливых родственников, спорящих из-за каждой крупицы золота. Тем не менее Вузи часто навещал своих «пещерных» родичей и, всякий раз, переступив «порог» той или иной пещеры, восторгался ее красотой. Но доселе виденные им пещеры не шли ни в какое сравнение с той, в которой он оказался сейчас. С потолка пещеры спускались гроздья сосулек, а навстречу им, с пола тоже поднимались причудливые столбики – сталактиты и сталагмиты, сотканные из извести и воды самой природой. Во тьме пещеры они отливали голубизной, хотя на самом деле были белого цвета. Сталактиты были ровные, гладкие, будто натянутые струны на арфе.
Вузи коснулся рукой одного сталактита. Он ощутил шершавую прохладную поверхность сосульки под своей ладонью. Казалось, нажми на сталактит сильнее, и польются чарующие звуки музыки, исторгающиеся из глубин «пещерной арфы». Со сталактитов капала вода, со звоном ударяясь о пол пещеры, она разбивалась. Тихий звон капель действительно напоминал собой какую-то необычную мелодию. Гному даже показалось, что он слышит слова песни сталактитов и сталагмитов:

«В пещере глубокой у моря
Звенит, не смолкая свирель.
Ей вторит, ей вторит, ей вторит
Водицы хрустальной капель.
Кап-кап, кап-кап, кап-кап.
Струна так у арфы звенит.
Кап-кап, кап-кап, кап-кап
Вам песню поет сталактит.

Входи же в пещеру, входи же
Волшебную слушай капель.
Ты слышишь? Ты слышишь? Ты слышишь?
Звенит, не смолкая свирель.
Кап-кап, кап-кап, кап-кап.
Струна так у арфы звенит.
Кап-кап, кап-кап, кап-кап.
Вам песню поет сталактит».

«Не пещера, а дворец. Под стать королям здесь жить. И даже не дворец, а чудесный концертный зал, построенный в пещере», – думал Вузи, наслаждаясь мелодией сталактитов и прохладой под темными сводами.
— Далеко идти? – Вузи оторвал восхищенный взгляд от красот пещеры и взглянул на Неверьку.
— Не-а, не очень, — Неверька мотнул головой, — немного вперед, затем вниз, вглубь, и мы на месте.
Они шли по извилистому тоннелю, и их шепот гулким эхом разносился под сводами пещеры. С каждым шагом приятели спускались все ниже, удаляясь от входа. Гном оглянулся. Издали вход казался маленьким светлым окошком величиной с ладонь.
Будь осторожен, — шепнул Неверька Вузи, — здесь скользко.
— Сколь – зко –о — о, — немедленно повторило эхо таинственным шепотом.
Вузи положил руку на слегка влажную стену. И вовремя — его ноги заскользили по гладкой, как каток, поверхности пола. К счастью, стена имела выступы и Вузи, уцепившись за один из таких выступов, удержал равновесие. Несколько минут друзья шли в молчании.
Затем Неверька сказал:
— Кажется, мы пришли. Я не совсем уверен, но, по-моему, мы почти внизу. Жаль, что нет фонарика. Ничего в темноте невозможно разобрать.
— Ты прав, — поддакнул гном, фонарик мог бы быть очень кстати в этой кромешной тьме. Как я понимаю, мы сейчас на самом дне пещеры.
— Ага, у самой воды. Страшновато тут, — голос Неверьки стал писклявым и задрожал. – Что, если Ластика нет дома, он где-нибудь плавает? А мы тут совсем одни…
Раздался шорох. Неверька вздрогнул:
— Или не совсем одни? Кто это тут шуршит?!
— Не бойся, это я наступил на камень, – успокоил его гном. – Вообще пойти в гости к Ластику было твоей идеей. Давай позовем его, что ли.
Они громко крикнули:
— Ластик!
— Лааааас-тик-тик-тик, — свистяще подхватило эхо их вопль.
Никто не отзывался.
— Давай, еще разок и погромче, — сказал гном.
-ЛААСТИИК! – так поспешно заорал Неверька, что гном еле успел подхватить его крик.
— Иииик – иииик – иииик, — вторило эхо.
На этот раз их старания не прошли даром. Где-то вдали раздался плеск воды. Затем плеск раздался ближе. К ним кто-то плыл.
— Кто тут? – громко спросил чей-то бас.
— Ластик, это ты? – неуверенно пропищал Неверька и вцепился своей лапкой в Вузину ладонь. Гному тоже стало не по себе от этого грозного рыка. Темнота никому не придает смелости.
— Нет, не я. Ха-ха-ха! – басисто рассмеялся невидимый зверь. Затем добавил: — Конечно, это я, Ластик. Привет, Неверька. Кто это стоит рядом с тобой?
Из воды, в нескольких метрах от друзей, высунулась круглая голова с длинными усами. Вузи ее не смог отчетливо разглядеть, ибо, как я сказала, было темно. Но вы-то наверняка знаете, как выглядят тюлени. Зато Ластик привык к своему неосвещаемому дому-пещере и хорошо видел в темноте.
— Рядом со мной, гном Вузи. – Неверька успокоился и отпустил руку гнома. – Он из волшебного леса. Приехал, точнее, прилетел на своем летающем автомобиле ко мне погостить! Помнишь, я тебе о нем рассказывал? – К Неверьке вернулась его уверенность. У гнома тоже отлегло от сердца.
— Помню, помню,– пророкотал Ластик. – Здравствуй, Вузи, – обратился он к гному.
Гном не увидел тюленя, но ответил:
— Здравствуй, Ластик. Рад знакомству. И не страшно здесь жить, в этой темноте? Может, найдется какой-нибудь фонарик или что-нибудь вроде него? А то ничего не видно и тебя, к сожалению, тоже.
— Если идет разговор про электрический фонарик, то у меня его нет. Есть только фосфорный камешек. Он не ахти как светит, но лучше, чем ничего. Что касается темноты, то сначала, когда я обнаружил эту пещеру, мне тоже было немного боязно в ней находиться. А сейчас я привык и мне ничуть не страшно. – Ластик подплыл как можно ближе и таинственным шепотом произнес: — Недавно я обнаружил в этой пещере одну очень удивительную вещь. Хотите, покажу?
— Хочу, — одновременно воскликнули Неверька и гном.
— Тогда подождите меня немного. Я принесу вам фосфорный камень, а потом и покажу вам это самое удивительное.
Вузи и Неверька уселись на каменный пол и стали ждать. Вскоре Ластик приплыл назад. Во рту он держал светящийся фосфорный камень. Зря Ластик говорил, что камень не ахти как светит. Камень светился совсем не хуже электрического фонарика. Ластик выполз на берег. Неверька взял изо рта Ластика камень и протянул его Вузи. Гном положил камень на раскрытую ладонь. Камень осветил пещеру. Наконец Вузи смог разглядеть Ластика. Это был самый обыкновенный пятнистый тюлень не очень большого размера. Он был вовсе не страшным, к тому же очень мило улыбался. Гном перевел взгляд на пещеру и увидел, что ее нижняя часть почти не отличается от верхней, где был вход. Вокруг них – и сверху, и снизу свисали с потолка и поднимались от пола сталактиты и сталагмиты. Единственное отличие было в том, что сюда, в нижнюю пещеру, проникло море и заполнило собой ее часть.
— Ну, и где же удивительная вещь? – спросил гном у тюленя.
— Сейчас, – Ластик поудобнее лег между гномом и Неверькой и крикнул:
— Хрусталинка, Хрусталинка!
— Кого это ты зовешь? Здесь еще кто-то живет кроме тебя? – Неверька вопросительно посмотрел на Ластика.
— Тихо. Сейчас увидишь. Смотри на воду. Внимательно смотри, – шепнул ему Ластик.
Вузи и Неверька во все глаза уставились на водную гладь. Поначалу, водная гладь была спокойна. Но, вскоре она забурлила, вспенилась, пошла волнами. Затем из глубины кто-то вынырнул и быстро поплыл к ним. Вузи пригляделся. Существо было похоже на рыбу – у него были плавники и хвост. А мордочка: длинные, как у зайца, уши. Большие круглые совиные глаза. Нос пуговкой. Маленький ротик, а усов – тех и вовсе не было. Но что самое замечательное, существо – все его тело, плавники, хвост, уши и прочие части были сделаны из воды. Да, из самой обычной воды, только более темной. Более синей, что ли. Под светом, излучаемым фосфорным камнем, существо переливалось, словно хрустальное.
Неверька и Вузи разинули рты от удивления.
— Вот так штука! – присвистнул Неверька.
— Погоди, сейчас не то увидишь, – тихо сказал Ластик. Он помахал существу ластом:
— Привет, Хрусталинка. Как дела?
Хрусталинка что-то прожурчала в ответ. Но что – Вузи и Неверька не разобрали.
— Это мои друзья. Вузи и Неверька, – кивнул на приятелей Ластик. – Они пришли меня навестить. Не сможешь ли ты им показать свой любимый фокус? Тот самый фокус, что недавно показывала мне?
Хрусталинка весело зажурчала, будто рассмеялась. Затем подплыла к друзьям настолько близко, насколько позволяла вода. Внимательно посмотрела на Вузи, потом на Неверьку.
В считанные секунды она преобразилась. Вместо хвоста у нее появились ноги. Вместо плавников две руки. Длинные заячьи уши на голове исчезли, а вместо них появились уши точно, как у гнома. Вдобавок ее мордочка приобрела иную форму – на ней появились борода и усы (все, конечно, сделанное из воды). И через минуту на Ластика, гнома и Неверьку смотрела не Хрусталинка, а гном, похожий на Вузи.
— Да ведь это Вузи! – ахнул Неверька. – Вузи, только, сделанный из воды!
Вузи не смог вымолвить от неожиданности ни слова.
Существо, то есть водяной двойник Вузи, стал опять менять форму. И вот перед ними на воде плещется Неверька, точнее его копия. Теперь, в свою очередь, у Неверьки пропал голос. В полном молчании он лицезрел своего двойника.
Ластик весело рассмеялся:
— Хватит проказничать, Хрусталинка. Принимай свой обычный вид.
И уже через несколько мгновений двойник Неверьки исчез с водной поверхности, а на воде вновь плавала Хрусталинка с заячьими ушами, совиными глазами, маленьким носиком-пуговкой. Ну совсем такая, какой ее видели друзья в самом начале их знакомства с ней. Хрусталинка весело журчала. Затем она посмотрела на Ластика и опять что-то зажурчала, только не так весело. Ластик, очевидно, понимал ее язык. Потому что он сказал, обращаясь к ней:
— Извини, Хрусталинка, я не знал, что оторвал тебя от дел. Тогда мы больше не будем отнимать твое время. Иди и занимайся своими делами. Поговорим вечером, когда ты освободишься. Я надеюсь, ты вечером навестишь меня?
Хрусталинка кивнула. Затем помахала, как бы прощаясь, своим плавником и скрылась в глубине вод.
— И давно ты ее обнаружил? Я имею в виду эту Хрусталинку? – спросил Неверька тюленя.
— Не так чтобы очень давно. Может недели две назад.
— Но ты уже понимаешь ее язык! – восхитился Неверька.
— А сложный ли у нее язык? – поинтересовался Вузи.
— Вовсе нет. Хрусталинка меня обучила своему языку за три дня. — Ластик улыбнулся.
— Каких я только диковинок не видал в своем лесу, но такое вижу в первый раз. – Вузи поскреб затылок. – Никогда не видел существа, сделанного на все сто процентов из воды. Или мне показалось, что из воды?
— Нет, не показалось. Она действительно сделана из воды. – Ластик перекатился на бок и почесал ластом свой бок, покрытый короткой шерстью.
— Откуда ты знаешь, что это не он, а она? – Неверька вопросительно посмотрел на Ластика.
— Я же понимаю ее язык. И Хрусталинка мне уже сообщила, что она не ОН, а ОНА! А знаете, — Ластик понизил голос до шепота, — мне она ужасно нравится. Я, кажется, чуток в нее влюбился.
— Неудивительно. Мне она тоже понравилась. Веселая такая, – заявил Неверька. – Это здорово, когда у тебя есть друг, живущий в твоем собственном доме. Есть с кем пообщаться.
— Интересно, который сейчас час? – произнес Вузи. – Может, нам пора возвращаться? Шустрик обещал приплыть за нами вечером. Здесь темно, и мне все время кажется, что вечер давно наступил.
— Вечер не вечер, но далеко за полдень, это точно, – подтвердил Ластик. – Хотите, я подвезу вас по короткой дороге к бухте атолла? – предложил он друзьям.
И когда те выразили свое согласие, он продолжил:
— Сейчас я заползу в море и немного отплыву от этого места. А вы заходите в воду и забирайтесь мне на спину.
Так они и сделали. Взбираться на спину к Ластику Вузи не было трудно, так как Ластик, как было сказано выше, был покрыт короткой шерстью. Ластик, с сидящими на его спине друзьями поплыл. Вскоре вперед перед ними показался высокий и широкий проем, из которого струился свет. Они миновали проем и оказались снаружи по другую сторону пещеры. На мгновение гном зажмурился, ведь после нахождения в пещере его глаза отвыкли от света. Но вскоре открыл глаза. Сидеть на спине Ластика было одно удовольствие. Короткий мех тюленя был теплый, будто сидишь на паласе, только немного мокром паласе. Через некоторое время Ластик приплыл в бухту атолла. Солнце огромным красным шаром опускалось в море. Начинало смеркаться. На небе зажигались первые звезды.
— Эй, где вы так долго пропадали? Я устал вас ждать! Хотел даже уплыть на побережье без вас. Ха-ха-ха! – Внезапно рядом с Ластиком возник Шустрик.
— Где, где. У Ластика в пещере, конечно. Как будто не знаешь, где, – проворчал Неверька.
— А чего это ты такой сердитый? Устал или проголодался? Я ведь пошутил по поводу того, что уплыл бы без вас. Без сомнений, я знал, что вы у Ластика и потому ждал вас. – Шустрик вновь рассмеялся.
— Прости, Шустрик, что нагрубил. Я в самом деле устал и не против чего-нибудь перекусить. – В голосе Неверьки послышались извиняющиеся нотки.
— Да ладно, чего уж там! Надеюсь, вы с Вузи не съедите меня на ужин? Ха-ха-ха! – Шустрик не сердился. Похоже, он не мог сердиться вообще. – Перелазьте ко мне на спину. Поплывем домой.
— До свиданья, – сказал Вузи тюленю, взобравшись на дельфина. – Приятно было пообщаться.
— Мне тоже, — пробасил Ластик, — приплывай в гости в любое время. Рад буду видеть. – Ластик повернулся к Неверьке: – До встречи, Неверька.
— До встречи! – Неверька поудобнее устроился на спине Шустрика и ухватился за его спинной плавник. Вузи же вцепился обеими руками в Неверьку, чтобы не соскользнуть со спины дельфина.
— Попрощались? А как же насчет слез? При прощании принято лить слезы, что Ластик обычно и делает. Он ведь так сентиментален. Теперь вперед к побережью! – Шустрик весело взмахнул хвостом и поплыл, удаляясь от атолла.
Гном оглянулся: Ластик, подпрыгивая на волнах, махал ему ластом. Гном на секунду разжал пальцы правой руки, которыми держался за Неверьку, и помахал тюленю в ответ.

* * *

— Как же хорошо иметь свой дом, пусть и бамбуковый, и лежать на удобных циновках, а не сидеть на голых камнях, – сказал Неверька гному, растянувшись на циновках у себя в хижине.
— А еще лучше иметь кровать или диван и теплое одеяло, – заметил Вузи.
Друзья сытно поужинали, теперь лежали рядышком на полу на циновках и болтали. Гулять по побережью было неохота. Морское путешествие к атоллу их утомило.
— Какой сегодня день недели, не пятница ли? – спросил Неверьку гном.
— Пятница, а что? – насторожился Неверька.
— А то, что надо завтра уезжать. Я взял отпуск всего на неделю. И если мы завтра с Радужкой улетим утром, прилетим в лес поздним вечером. В воскресенье займусь хозяйством, а в понедельник – приступлю к работе.
— Жаль, — расстроился Неверька, — Ну, да ничего не поделаешь. Надо так надо.
Они еще немного поговорили и уснули.

* * *

Вузи проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза. Перед ним сидел, опустившись на корточки, Неверька:
— Вставай, просыпайся скорей. Уже все собрались!
— Кто это все? – не понял спросонок Вузи.
— Все мои друзья, – пояснил Неверька. – Ведь ты сегодня уезжаешь. И я сообщил всем об этом. Они пришли тебя провожать, – с этими словами Неверька выскользнул из дома.
Вузи встал и, потянувшись, стряхнул с себя остатки сна. Огляделся. В комнате никого не было. Тогда он открыл входную створку-дверь и вышел из хижины. Все Неверькины друзья были в сборе. Храпун, который уже не храпел, обезьянки Царапалка и Щипалка, попугай Говорун, чета павлинов. Даже Ластик приполз к дому Неверьки на своих ластах. Как удалось Неверьке так скоро сообщить всем об отъезде Вузи, остается тайной. Не было лишь дельфина Шустрика, да и не мудрено — если бы Шустрик и захотел, он никак не смог бы вылезти на сушу, ведь он все-таки морское животное, и у него не было ни ласт, ни тем более ног. Они все столпились около Радужки и разучивали песню, которую напевал Радужка. Ту самую песенку, которую так любил Вузи. Неверька, восседая на капоте автомобиля, смешно размахивая лапами, дирижировал этим хором. Увидев Вузи, все примолкли.
— Доброе утро, — сказал всем гном.
Неверька спрыгнул с капота и подошел к гному:
— Всем очень жаль, что ты и Радужка уезжаете, точнее, улетаете. И все мои друзья принесли тебе подарки, чтобы у тебя осталось что-нибудь на память о нас и о нашем побережье.
— Спасибо большое, — растрогался гном.
Все немедленно обступили гнома и стали одаривать подарками, желая счастливой дороги, удачи и прочее и прочее.
Подарки были замечательные. Храпун подарил Вузи связку бананов, обезьянки – кокосовый орех, попугай Говорун преподнес в дар Вузи ветку пальмы, а чета павлинов – большую ракушку.
Ластик потерся о ногу Вузи. Во рту он держал светящийся фосфорный камешек, тот самый камень, который освещал им пещеру. Вузи взял камень в руки.
— Это мой подарок тебе, — грустно пробасил Ластик, и его глаза наполнились слезами.
— А как же ты теперь без этого камня будешь жить в пещере? – спросил его Вузи.
— Я в темноте отлично вижу, мне камень не пригодится. А тебе он немного будет напоминать обо мне и Хрусталинке. Кстати, она тебе послала привет и пожелала счастливой дороги, – ответил тюлень.
— Вузи, вот возьми свой колпак, – Неверька протянул гному его любимый, но слегка помятый колпак. – Я нашел его утром на берегу. Море выбросило его на сушу. Правду сказал Шустрик: «Морю не нужны чужие вещи». Я его почистил от песка и пыли и чуток обсушил на солнце.
— Большое спасибо! – Вузи немедленно нахлобучил колпак на голову, несмотря на то что тот был еще немного влажным, и с признательностью взглянул на Неверьку. – Ты настоящий друг. Приезжай ко мне в гости как-нибудь. И вы все приезжайте, — он посмотрел на стоящих вокруг друзей. Стало грустно. Очень не хотелось уезжать.
— И тебе спасибо, что навестил. – Неверька опустил глаза долу. Его лапка коснулась руки Вузи. – Ты тоже навещай меня, когда будет время.
Вузи попрощался со всеми и влез в автомобиль. Радужка, разбегаясь, пробежал немного на колесах по песку, расправил свои стрекозиные крылья и взлетел. Вузи посмотрел вниз – Неверька и его друзья стояли возле бамбуковой Неверькиной хижины и махали им вслед лапами, хвостами, ластами.
Радужка полетел над морем.
— Счастливого пути, Вузи! – донеслось откуда-то с моря.
Вузи глянул вниз. На морских волнах резвился дельфин Шустрик. Это он кричал гному прощальные слова.
— До свиданья, Шустрик! – крикнул ему Вузи.
Вскоре морской берег скрылся из виду.
— Не забудь надеть свитер и шапку. Я поднимаюсь под облака. Биб, – просигналил Радужка и заурчал, набирая высоту.
Вузи и Радужка летели домой.