Вспоминая. Глава 15

Добавлено в закладки: 0

Вспоминая

Иван Петрович, который за время нашей беседы не проронил ни слова, вдруг сказал:
– Любовь и верность, она не только у людей бывает. Я тоже хочу вам рассказать одну историю. Она не совсем военная, только косвенно связана с войной. Но события её произошли как раз во время Великой Отечественной.
Ещё до начала войны нашему деду Кузьме Ефимовичу подарили щенка редкой породы. Он был очень потешный и весёлый. Сам тощий, а лапы большие. Ходит в вперевалочку, а то и бегает по двору со звонким лаем. Назвал его дед Полканом. Куда ни шёл Кузьма (кроме работы, конечно) Полкана с собой брал. А если уходил на работу, то Полкан его всегда дожидался у калитки дома. Издали заприметит дедушку и с весёлым лаем к нему бежит. Вырос Полкан в крупного пса, но свой весёлый и добродушный нрав не потерял. Каким был в детстве потешным, таким и остался. Очень привязался глава семьи к Полкану. И Полкан любил его очень. Только как-то раз не встретил Полкан его у калитки. Удивился дед. Вошёл во двор. Но ни во дворе, ни в конуре Полкана не нашёл. Вошёл в дом.
– Где Полкан? – спрашивает домочадцев.
Не знает никто. Вроде во дворе бегал недавно. Кинулся он искать его. До глубокой ночи проискал, но все без толку. Две недели искал дед Полкана. Людей расспрашивал. Чуть ли ни полгорода исколесил, а собаку так и не нашёл. Зароились тогда мысли в голове у Кузьмы Ефимовича, что украли у него пса. Он ведь редкостной породы был. И вырос в красавца. Да и многим Полкан нравился. Подумал так, немного покручинился. Но что тут поделаешь? Нет нигде собаки и все тут. Вскоре Великая Отечественная война началась. Призвали Кузьму на фронт. Эшелоны на фронт с вокзала отправлялись. Вот и пошёл дед на вокзал. На вокзале шум, сутолока, крики, плач. Стоит дед Кузьма среди таких же солдат, как и сам. А только чувствует спиной на себе чей-то взгляд. Аж спину свербит взгляд тот. Оглянулся и видит – не очень далеко от него стоит какой-то мужчина в штатском и разговаривает с солдатом. А у ног этого «штатского» сидит большой пёс в ошейнике и на поводке. Конец того поводка мужчина в руках держит. А пёс пристально на нашего деда смотрит.
– Полкан, – только и выдохнул Кузьма Ефимович.
И пёс, а это именно и был Полкан, рванул поводок и мигом около деда оказался. Поставил ему лапы на грудь и стал лизать языком руки, даже до подбородка деда языком дотянулся. Лижет и скулит от радости.
– Полканчик мой, – стал ласкать дедушка собаку.
Подскочил «штатский» и завопил:
– Никакой он вам не Полкан. Его Граф зовут. И не ваш он вовсе. Это мой, недавно купленный, пёс.
На что мой дед, с усмешкой, ответил:
– Если бы всё так обстояло, как вы говорите, не лизал бы он мне рук. Я сейчас на фронт еду, но при других обстоятельствах мигом бы выяснил, у кого вы купили моего пса. И вообще, каким образом он вам достался.
Стал тогда «новый хозяин» оттаскивать Полкана от Кузьмы Ефимовича. Да где там! Полкан оскалился и рыкнул на него, хотя сам по натуре был добряком.
А потом, когда все солдаты сели в поезд, и тот поехал на фронт, увидел дед, как бежит за поездом Полкан. И всё бежал и бежал он за поездом, пока не скрылся из глаз.
Но на этом дело не закончилось. Не смог, видно, «новый хозяин» изловить Полкана. Ведь через несколько дней Полкан воротился к нам домой. И бабушка, и вся семья были несказанно рады возвращению собаки. Только на этот раз стали привязывать Полкана во дворе на длинную цепь, чтобы никуда не убежал. А на ночь разрешали в прихожей дома спать, чтобы никто вновь его не украл.
Часто лежал Полкан у калитки (цепь была такой длинной, что до калитки доставала) и с грустью смотрел вдаль. Бабушка знала, кого он ждёт. И всякий раз при виде такой картины вздыхала:
– Хоть бы вернулся Кузьма. Хоть бы не убили бы его.
Да наш дед после войны и в самом деле вернулся. Вернулся с ранениями, с контузией, но живой. Вот радости было! Как был наш дед удивлён и одновременно обрадован, увидев Полкана, словами не описать! А наш Полкан Кузьму Ефимовича чуть с ног не свалил, так прыгнул на него от радости. И вновь поставил ему лапы на грудь и облизал чуть ли не с ног до головы, как и раньше. Долго ещё жил у нас Полкан. И ещё долго ходил вместе с Полканом гулять наш дед Кузьма. Мы помним нашего Полкана. А деду Кузьме – вечная память! И вечная память всем тем, кто погиб в войну, сражаясь за наше светлое будущее!
Иван Петрович замолчал и встал со своего места. Встали и мы, чтобы почтить молчанием память всех тех, кого вспомнили сегодня, и всех тех, кто погиб, сражаясь за нашу Отчизну.
А потом Фёдор Ильич запел песню на слова Р. Рождественского «А степная трава пахнет горечью». Мы тоже подхватили эту песню и запели вместе с ним:
– А степная трава пахнет горечью,
Молодые ветра зелены.
Просыпаемся мы – и грохочет над полночью
То ли гроза, то ли эхо прошедшей войны.